Многие мои знакомые удивляются, почему я все время сижу дома. Секрет в том, что когда ты пишешь, тебе не нужно выходить из дома, тебе не нужны алкоголь или развлечения, - только две руки, пустой лист и голова. И еще, конечно, друзья, куда без них.
Dark imagery нашей зимы (про коньяк была реальная история, что уж говорить), то, как мы восторгались живыми обоями в виде галактики на моем смартфоне, словно это было чудо, как я стояла перед картинами Ботичелли, чувствуя себя немного ничтожно, и еще мое искреннее убеждение в том, что культурная философия довольно сильно связана с новыми наркотиками эпохи. И я знаю, какой подошел бы нам.
Твари
- Так вы собираетесь рассказывать, что случилось?
Их темные глаза были мутным серо-черным супом из зрачков и радужной оболочки. В ее растрепанных волосах запуталось что-то вроде тоненькой веточки. При одном взгляде на них почему-то сразу чувствовался запах земли и сырости. Смятая грязная одежда. На его лице, покрытом пленкой мучительного холодного пота, начинали проступать серые пятна синяков. Она курила, старательно глубоко затягиваясь. Ее лицо украшали длинные тонкие царапины в запекшейся крови. Час назад они разделили на двоих упаковку обезболивающего, и у него слегка онемел язык. Они смущенно пытались сделать вид, что ничего не произошло, и все было вполне нормально, ведь у каждого бывали плохие дни. Но на самом деле им до смерти хотелось немедленно все рассказать о плодах сада геенны огненной, через который они продирались прошлой ночью.
- Ладно, - она глубоко вдохнула и наклонилась вперед. Он широко раскрыл глаза, желая тоже участвовать в рассказе. - Вчера мы пошли в клуб. Было немного скучно, так что мы понюхали спидов и выпили шампанского. Но все равно, музыка была так себе, и...
- Что с твоим лицом? Вас что, ограбили и избили?
- Нет... - медленно проговорила она. - Вообще-то я сама это сделала...
Живая тьма ночного парка. Минуты ледяной летней ночи сливались в оглушительный гимн, заставлявший все тело дрожать. Влажный запах земли, сладкий запах гниющих листьев, нежная прохладная трава. Он доверился тьме шумных густых деревьев и кустарников, уверенный, что сможет опереться на нее рукой, и повалился на черно-зеленую шепчущую землю. Она сидела на пне, сосредоточенно царапая лицо ногтями, оставлявшими припухшие следы, он продолжал извиваться на траве, восторженно подвывая, между ними возвышалась белоснежная копия с античной статуи Персея. Статуя светилась в темноте.
Мне необходимо это знать, сказала она. Собственный голос взвыл над парком, как громоподобная военная сирена. Глаза лучились безграничным радостным любопытством.
Я хочу посмотреть, что там внутри! Ногти снова врезались в кожу на щеке. Он перевернулся на живот и, уткнувшись лицом в траву, начал плакать. Он загребал траву руками и прижимался к ней лицом, всхлипывая. Она сосредоточенно шарила по карманам черного тренча. Ее лицо озарилось ликующей улыбкой, когда пальцы наткнулись в кармане на пилочку для ногтей.
Это было как раз то, что нужно.
Царапина поперек ее лба свидетельствовала о желании стянуть кожу сверху, как шкурку банана. Он не хотел вспоминать о страстном поцелуе со щитом Персея, на котором была изображена почти плоская, как камбала, голова Медузы Горгоны. Утром он вытаскивал из щеки занозы неизвестного происхождения, некоторые до сих пор зудели внутри.
Когда в пасти дракона им стало совсем скучно, подошел какой-то человек, из тех, чьи лица никогда не запоминаешь, и спросил, ребята, не хотите ли кое-чего? Они были похожи на брата и сестру и спросили в один голос, кое-чего чего? Он ответил, кое-чего новенького. Чисто синтетическое. Таблетки были похожи на крупные капсулы антибиотиков от гриппа. Эйфория, ясность и контроль. Они не верили, что может быть нечто новое, чего они еще не пробовали. Наверное, просто какое-нибудь новое сильное экстази.
Они проглотили по одной, запив шампанским в темном углу клуба, где никто их не видел. Немного послонялись во мраке между танцполом и баром, по лестнице с одного этажа на второй, вдыхая разноцветный дым из генераторов. Она никогда прежде не думала о том, насколько сильно действие наркотика связано с тем, чего мы от него ожидаем. При причастии, что бы ты не проглотил, достигнув желудка, силой веры оно станет телом Христовым. Она почерпнула эту информацию из комикса. В голове все немного помутилось — от темноты, мигающего света и алкоголя. Они блуждали в тумане. Насколько же легче знать, что с тобой произойдет, верить в это, расслабиться и дать чему бы то ни было проникнуть глубже. Впереди было неизвестно что. Чудесное открытие. Им вполне могли продать просто две гигантских таблетки аспирина.
Первая волна напоминала действие небольшой дозы перемешанных скорости и экстази. Зубы, улыбки, сверкающие глаза. Сосуды расширились. Жарко. Басы громкой музыки доставляют физическое удовольствие. Они немного потанцевали и поцеловались.
Она выдохнула. Взглянув на него, убедилась по его огромным глазам, что он тоже чувствует что-то странное. Они пробрались к выходу из клуба, рука толкнула дверь на ночную улицу. И тут это началось.
