четверг, 28 января 2010 г.

Today

Невозможно привыкнуть к тому, что история творится, пока ты спишь.

Photobucket

"The catcher in the rye" was originally published in 1951.

Into the white

Это Лена. Однажды на вечеринке в Декадансе Лена избивала любого, кто попадался ей на дороге, плюшевой мини-версией Чубакки из "Звездных войн".

Лена любит снег.

Photobucket

Меховая жилетка из детского магазина в Лондоне, браслет с фестиваля Reading 2009.

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Москва

Photobucket

Лида

Photobucket

02.01.2010

среда, 27 января 2010 г.

Peter & Moz

Один из моих любимых текстов за всю мою карьеру - текст о концерте Питера Доэрти в Москве в конце прошлого лета. Я писала его, сидя в редакции журнала "Хулиган" в ужасной депрессии, за окном были последние дни лета, и мне хотелось сдохнуть. Видела фотографию Питера, которая потом была напечатана в журнале, где он в номере Ritz в купальном белом махровом халате, на столе бокал вина, и он такой уставший и опухший.
Прекрасный был концерт, кстати. Из тех, после которых выходишь из зала не таким, как зашел. Libertines когда-то были моей любимой группой, он начинал играть их песни, а я тут же начинала плакать. Спасло меня только то, что передомной стояли такие же бывшие фанаты Libertines, и они начинали тут же ликовать и брататься.

Саша когда-то восхищалась фактическим пересказом жизни Рембо в Википедии, и я об этом вспомнила. А Моррисси мы действительно встречали на вокзале. В общем, ни слова, кроме правды, в этот раз. Фото делал Сергей Дороничев, слева направо: Шабарковский, Ира, Моррисси, Саша, Лена и я.


Photobucket

Photobucket

27 августа я была свидетелем явления попкультурного мученика Пита Доэрти. Героинщик и бывший любовник Кейт Мосс, проклятый поэт, стихи которого доступны в цифоровом и аудио-формате. Б1 Maximum, Москва

Опоясанный лентой с надписью «Распутник», со связкой сушек на шее, Пит Доэрти развязно проплелся к микрофону. Скинул всю эту бутафорию и остался в черном пиджаке и белой рубашке с черным галстуком. Достал сигарету, искал по карманам зажигалку, зажигалки полетели из толпы, одна гулко ударилась об гитару.

Они кидали ему сигареты, цветы и скомканные обрывки бумаги. В одной из записок попросили сыграть "Last Post On the Bugle", и он сыграл, сбиваясь и весело начиная снова, оправдываясь, что он совсем забыл её. Простонал, почти прокричал "Broken Love Song". Глотал водку. What a Waster, Fuck Forever. Пел два с половиной часа. Не мог остановиться, ему было весело, и он сыграл оазисовскую "Wonderwall", "Billy Jean" Майкла Джексона и проревел "Twist and shout". Ему бросили красный военный сюртук, такой он носил последний раз ещё в Libertines, он отверг его с некоторым презрением, но в конце концерта, когда был совсем пьяный, всё-таки натянул. Не допев последнюю песню до конца, он швырнул гитару в толпу и сбежал.

В какой-то момент Питер Доэрти начал петь «Shyness is nice» The Smiths, но потом прекратил со словами: «Подождите, я вижу лицо этого парня, он совсем не впечатлен». И мне сразу вспомнилось, что случилось с нашей редакцией на концерте Моррисси в Петербурге. Артем Лангенбург стал плакать, когда зазвучала Let Me Kiss You, а потом, после концерта, пошел бродить один по набережным. Наташа, в конце концов, отошла в сторону и пила пиво. Я долго пыталась почувствовать то, что чувствовала, рыдая над песней "Come Back To Camden", но мне так и не удалось отвлечься от каких-то назойливых унылых мыслей. Мои друзья встречали Моррисси на вокзале: к перрону тихо подкатился синий поезд из Хельсинки, и вышел английский джентльмен в очках. Нас было всего пятеро, и со вселенской скорбью в глазах он дал все автографы и принял букет малиновых пионов. Кто-то пожал ему руку со словами «You changed my life». Наташа сказала, после такого концерта можно было посмотреть в глаза и сказать: «You didn’t change my life».

«You didn’t change my life» - мучительное осознание. Это все равно что посмотреть на распятого Христа, поковырять носком землю и пойти прочь, потому что не впечатлило. «Не впечатлило» способно изменить жизнь сильнее, чем самое сильное впечатление. Просто срывает крышу от тупого тоскливого отчаяния. С этим ничего невозможно поделать. Ничего не чувствуешь, ну и придурок, плетись домой с прежней пустотой внутри.

Невыспавшийся одутловатый англичанин с прилипшими к голове сальными волосами, Питер Доэрти, родом из дешевых пабов с липким от пива полом, в каком-то смысле changed my life. Стало ясно неожиданно, что мы уже в двадцать лет успели потерять что-то важное, и страшно от сознания, сколько всего растеряем в тридцать. Из кожи вон лезем, чтобы хоть что-то чувствовать. Остатки злости The Libertines и глубокая, как озеро, тоска Рембо и Верлена, чувственное тщеславие умирающего Уайлда не могут не тронуть. Пит Догерти поэт. В 16 лет он даже выиграл поэтический конкурс и его наградили поездкой в Санкт-Петербург. Он надевает пальто поверх футбольной формы и шатается по улицам Лондона, где его ждут анонимные дилеры или пьющие кровь призраки Кейт Мосс. Все поэты мучительно подыхают в упадке.

Жаль, когда толпа радостно ревет при виде ещё одной опрокинутой водки и умильно смеется, когда Доэрти влезает в красный либертинсовский сюртук, с его головы падает шляпа, и он еле держится на ногах, чтобы не упасть. Что от нас останется, когда мы станем придаваться последнему искусству – саморазрушению, так это только фактический пересказ в Википедии. «Рембо возвращается в Шарлевиль, где начинает «Лето в аду». После очередной ссоры Верлен уезжает в Брюссель, бросив Рембо без денег, и поселяется в гостинице «Льежуа», он пишет письма жене, матери и Рембо, угрожая самоубийством. Утром Верлен покупает револьвер и напивается; около трех часов дня в гостинице Верлен стреляет в Рембо и ранит его в запястье».

Гулкий звук от ударившейся об гитару зажигалки как-то надолго застрял в ушах. Возможно, потому что в более нежные и милые времена The Libertines были моей любимой группой. А гитару Питеру вернули. Только ремень оторвали. На память.

30.08.2009
www.be-in.ru

понедельник, 25 января 2010 г.

Медицинская страховка

В декабре 2009 я была в Стокгольме. Стоит ли говорить, что там у меня очередной раз начала ехать крыша, и съехала еще чуть дальше. В супермаркете с экологическими продуктами мы видели человека, который покупал коржи для торта. Его волосы, струящиеся из-под дурацкой серой шапки, лежали идеально. У них прекрасные зрачки. Прекрасные люстры в квартирах. На пароме Саша купила упаковку клубничных шнурков. Бар, названный в честь королевы вуду, был недалеко от места, где мы жили.

Photobucket


Медицинская страховка
Пальцы согнули три раза колючую проволоку из строительного супермаркета, и острые концы мягко втыкались в кожу, пока пальцы с исцарапанными серыми ногтями делали венок. Она неловко напялила венок ему на голову. Вылезла из кровати, и все горизонтальные поверхности качнулись и так и не вернулись на место. Тяжелый фотоаппарат. Новый объектив. Связки в руке натянулись. Голые ноги скользят по простыне, индивидуальный Большой Взрыв с каждым ударом сердца толкает кровь в мозг, а кровь несет в себе всё смертельное, недешевое и смертельное, наполняясь кислородом и отдавая его, какая же удовольствие есть серьезная вещь, подушка смялась под её рукой.

Ты будешь? Да! Отлично! Что? Из другой комнаты ничего не слышно! Отлично, я говорю!

Напряжение в руках от тяжелого фотоаппарата. Сутулость. Мягкие щелчки, вспышка. Все эти прекрасные чувства свернулись в клубок и совершают внутри тебя толчки, протест против господнего отчуждения человека одного от другого. Пусть даже кто-то придумал презервативы, СПИД и инфляцию – небеса не могут ждать… Такой красивый. Щетина на щеках, темные волосы, в которых тонет колючая проволока. Радужная оболочка глаза сжалась до голубого ободка под давлением огромных зрачков. О, эта фотография могла бы украсить дневник наблюдения за космосом NASA! Она сложила пальцы в круг, смеясь над вселенной, которая разверзлась в его глазах. На её шее была намотана вся упаковка «клубничных шнурков», и это ожерелье начинало липнуть к коже, оставляя сладкие следы, потому что сердце билось, и кожа становилась теплее.

Как это бывает. Когда вокруг очень много народу, темно и шумно, и ты не в состоянии зафиксировать на ком-то взгляд, и что что-то яркое мигает из тьмы тебе в глаза. Здесь очень шумно, давай выйдем на улицу? А, точно… Я тебя вспомнила. И она смотрит в твои огромные зрачки. Как всегда потом. Будет смотреть. Последний раз я видел тебя так давно. И я тебя тоже! Они обнимают друг друга, она целует его в щеку, над головой гудят розовые неоновые трубки. Обогреватели волной тепла защищают тех, кто вышел покурить без пальто или без своей аляски, от волн тепла над ними колышется портрет нью-орлеанской королевы Вуду. Совершенно залипнув, они продолжали смотреть друг на друга молча. Ну почему Бог нам сделал одинаковые глаза? Почем он не дал ей, например, зеленые? И что-то ужасно подцепилось изнутри, чтобы никогда не вернуться на место. Мне не нравится, что это закончилось, - сказала она. И они снова стали обниматься. Касание руки через свитер. Кожа, мягкие губы на щеке. И это никогда не закончится. Следующим утром она сидит на высоком стуле в кухне, присосавшись к пакету черничного сока. У меня такой тяжелый отходняк... Голые ноги. Как сейчас.

Вспышка нагрелась. Они начали целоваться. Кожа – проводник миллионов историй. Лучшая нарративная структура. Язык, проваливающийся куда-то, был дан нам для этого. Совсем не для речи. Количества эндорфинов, которые одновременно были выброшены в мозг – ими можно было бы питать целый год, и электричество бы в нем никогда не иссякло. Лопнувшие от химии в мозгу лампочки – окатили искрами всё вокруг.

Когда они уснули, вода вышла из берегов. Холодная и чистая, растопив льды, она скрыла все 48 островов. Она текла по улицам, по коридорам, несла за собой многое. Бережно поднимала машины и несла их с собой, оставаясь чистой и медленной. Она затопила лестницу пролет за пролетом. Просочилась под дверь и скрыла львиные ножки ванны. Заставила журналы раскрыть свои размокшие страницы. Оставалось только небо, нестабильные нервы весной, постоянно меняющееся из-за ветра текучее небо. И они задохнулись.

Она сидела в коридоре, согнувшись, упираясь руками в кресло. Подвернутые темные джинсы, ботинки, мятая майка. Размазанная тушь, влажные волосы закрывают правое ухо. Километры клубничного мармелада. Красный шнурок. Бесконечный.

У вашего бойфренда не выдержало сердце.

Я так и знала. Мы здесь. Ты думаешь? Ты здесь. Серьезно? В ванной она наклонилась к раковине и стала пить воду из-под крана. С отсутствующим выражением оторвала несколько опутывающих её шею клубничных шнурков и стала жевать их. В крови носилась жизнь. Я так и знала.

Если ты живешь на шикарную медицинскую страховку, тебе, рано или поздно, придется расплатиться.

loststhlm.se

06.06.09

Светящийся разными цветами огромный шар на неофициальном открытии "Ласточки" 6 июня 2009. Тогда мы еще совсем никого не знали, были невинными и радостными, бродили по Крестовскому острову,как по волшебному лесу, пили водку с редбуллом из пластиковых стаканчиков и могли бы принести гибель всей западной цивилизации. Теперь уже не сможем. Постарели.


Photobucket

Photobucket

воскресенье, 24 января 2010 г.

Ты что, приглашаешь меня на фильм о кунг-фу?

Вторая часть фильма "Game of Death" - очень странная вещь. Настолько, что я не до конца уверена, существует ли она вообще в реальности или это было просто порождением моего мозга. Снят он был уже после смерти Брюса Ли в 1973, из фрагментов отснятого ранее материала. Два часа я сидела в холодной темной комнате ночью и не могла оторваться.

В общем, так. Герой Брюса Ли встречается в храме со старым мастером кунг-фу. И все бы было нормально, если бы по сюжету сначала не умер мастер кунг-фу, а потом, где-то в середине фильма, не умер Брюс Ли - спасая гроб учителя кунг-фу, который пытались похитить прямо с похорон, подцепив гигантскими щипцами с вертолета. Брат Брюса Ли берется отомстить - вот тут-то сюжет и вступает в самую потрясающую стадию. Он отправляется во Дворец Смерти, к отлично владеющему кунг-фу красивому бородатому мужику с ярко-голубыми глазами, который ест на завтрак сырое мясо, запивая кровью (из стакана) и держит у себя львов и павлинов, копируя во время поединков стиль их движения (в том числе царапаясь ногтями). Голубоглазый мужик рассказывет ему о загадочной башне, которую какой-то монах построил вверх ногами под землей, и поэтому её никто никогда не видел. Через три дня брат Брюса Ли находит его мертвым - повешенным и зарезанным над собственной кроватью. Он был убит своим одноруким слугой (у которого, конечно, потом окажется две руки). И наконец, он отправляетяс на поиски подземной башни (там внутри хай-так из разноцветных лампочек в стиле 70-х) и после 20-минутного кунг-фу поединка он входит в зал, где стоит гроб того самого учителя кунг-фу. (Внимание) Учитель кунг-фу оказывается жив. Он разбогател на торговле наркотиками (самый крутой непростительный грех в кунг-фу фильмах) и симулировал собственную смерть, скрываясь от интерпола. Еще 20 минут неподражаемого кунг-фу - и непобедимый мастер убит.

Photobucket


К чему я все это? Зачем сочинять историю, которую можно будет пересказать в двух предложениях, правда?

суббота, 23 января 2010 г.

la la la

Somewhere in this world there exists an exceptional philosopher named Florie Rotondo.
The other day I came across one of her ruminations printed in a magazine devoted to the writings of schoolchildren. It said: If I could do anything, I would go to the middle of our planet, Earth, and seek uranium, rubies, and gold. I'd look for Unspoiled Monsters. Then I'd move to the country. Florie Rotondo, age 8.
Florie, honey, I know just what you mean - even if you don't: how could you, age eight?

Truman Capote "Answered Prayers"

Photobucket

Роман был опубликован в 1986-м, в то время как Капоте умер в 1984-м. Последний и неоконченный. Это история 35-летнего бисексуального писателя, и там есть желтый свитер, кристалл с розой внутри, нищий благотворительный отель и классное выражение "Hershey Bar whore".
Но лучшее даже не в этом. А в том, что это роман о том, что "Бойтесь своих желаний, ибо они могут исполнится". Или, что я люблю еще больше, "God, protect me from I want".

...И тогда он понял, что они не прощают ошибок. Они, как фанаты Бодрийяра, сломают тебе руку за твое оскорбление. Они тебя найдут, и тогда живые позавидуют мертвым...
Привет. Как дела?